Почему генеральные директора, добравшись до вершины, возвращаются к учёбе
Если вы думали, что последний экзамен в колледже или аспирантуре ознаменовал конец вашего образования, то присядьте, услышав следующую новость — желательно за парту с карандашом. Ваша учёба может ещё не закончиться. По крайней мере, если вы генеральный директор или считаете себя достойным этой должности.
Программы обучения для руководителей переживают расцвет, поскольку бизнес-лидеры сталкиваются с ландшафтом ИИ, который они не могли себе представить, когда в последний раз сидели в аудитории. Руководство компанией всегда требовало постоянного обучения, но темп и масштаб перемен, вызванных искусственным интеллектом, побуждают всё больше руководителей искать варианты более формального обучения, чем просто чтение книг и газентыз статей. По оценке Persistence Market Research, рынок executive education будет быстро расти: с 55,1 млрд долларов в этом году до 115,7 млрд в 2033 году.
Помимо самих технологий, бум ИИ поднимает острые вопросы о том, каким должно быть этичное, ориентированное на человека лидерство. Генеральные директора и другие старшие руководители едут в кампусы — от Гарвардской школы бизнеса до Техасского университета A&M, — чтобы разобраться с этими современными вызовами. Некоторые программы требуют от участников подписания соглашений о неразглашении, чтобы руководители могли конфиденциально обмениваться историями и советами.
В «Лидерском опыте ковбоя» Университета Вайоминга — бесспорно, лучшее название для программы обучения современных руководителей — участники сталкиваются с суровыми истинами о человеческой природе. Они рассматривают гипотетические ситуации, например, что бы вы сделали, если бы задели машину на парковке.
«Все говорят: „Конечно, я бы оставил записку“», — рассказывает Чейз Тил, первый заместитель декана Университета Вайоминга. «Затем мы показываем им данные о том, как люди на самом деле поступают в таких ситуациях, и говорим: „Вы можете, но данные говорят, что 70% или 80% из вас лгут“». Это приводит к разговорам о том, что делает трудным поступить правильно. В бизнесе часто есть конкурирующие факторы, которые усложняют этические решения. Например, признание ошибки — по факту правильный поступок — может означать потерю клиента и необходимость сокращения рабочих мест из-за потерянной выручки.
«Люди открываются и начинают делиться: „Что ж, я был в ситуации, с которой вы сейчас столкнулись“», — говорит Тил.
Программы обучения для руководителей обычно представляют собой мероприятия выходного дня или краткосрочные тренинги, чтобы подстроится под загруженные графики менеджеров. Никто не уходит со докторсокй степенью, максимум распечатка сертифкиата об участии, ведь организаторы могут уместить в несколько дней лишь ограниченный объём обучения. В некоторых случаях главный вывод — что определённая тема не входит в компетенцию генерального директора и должна быть делегирована.
Если вы предполагаете, что окончание программы обучения для руководителей в школе с именем, такой как Wharton или Гарвардская школа бизнеса, — это перо в шляпе любого генерального директора, подумайте ещё раз. Я был поражён, когда бывший декан HBS Нитин Нория, помогающий вести «Мастерскую нового генерального директора», сказал мне, что только один из четырёх бизнес-лидеров, которых приглашают участвовать, принимает предложение. Те, кто соглашается, часто чувствуют себя подавленными требованиями новых ролей.
«Они говорят: „О боже, я думал, что я властелин вселенной, но я не чувствую себя властелином вселенной“», — говорит Нория.
Одно из первых заданий участников мастерской — написать свои речи при уходе на пенсию. Представление о том, что они могли бы сказать и как хотели бы, чтобы их запомнили, через десятилетие или более, помогает прояснить, что действительно важно. Это упражнение может сделать каждый, но иногда нам нужна структура школы, чтобы заставить нас выполнять образовательные задачи.
Товарищество привлекает не меньше, чем обещание новых знаний и навыков. Как говорится, на вершине одиноко, и многие руководители описывали мне чувство неустойчивости, с которым их предшественники не сталкивались — по крайней мере, в такой степени. Им кажется, что подхалимов заменили скептически настроенные сотрудники, которые скорее разорвут их в клочья на Reddit или Glassdoor, чем будут подлизываться. Их пугают неловкие эпизоды, когда неэлегантные внутренние высказывания генеральных директоров тайно записывались и попадали в сеть.
Много писалось о сердечных приступах, язвах и других рисках для здоровья, которые могут сопровождать карьеру в топ менеджменте. И всё же большинство из нас не хочет слышать, как руководители с семизначными зарплатами жалуются на тяготы и невзгоды своей работы. Поэтому они обращаются друг к другу.
«Много сочувствия», — говорит Трой Кормье, генеральный директор сети Jason’s Deli, насчитывающей более 200 точек в более чем двух десятках штатов. Быть лидером означает воздавать должное другим, когда всё идёт хорошо, добавляет он. «А за всё плохое винят нас».
Кормье получил executive M.B.A. в Техасском университете A&M, когда был финансовым директором компании. Теперь, на высшей должности, он продолжает образование, посещая мероприятия «обед и обучение»; последнее было посвящено ИИ. Я связался с ним, когда он ехал домой с профессионального ретрита с руководящей командой своей компании.
Подавать пример — ещё одна причина, по которой генеральные директора возвращаются к учёбе, говорит Стивен Коуртрайт, который руководит Институтом лидерства Флиппена в Техасском университете A&M и ранее возглавлял executive education в Университете Айовы. «Когда генеральные директора глубоко погружены в обучение, они создают культуру обучения, — говорит он. — Генеральные директора — главные творцы культуры».
Так что, если ваш начальник жертвует выходными, чтобы посетить программу обучения для руководителей, это может быть намёком и для вас продолжать расширять свой набор навыков.